Эрик Берн Игры, в которые играют люди

Медперсонал (врачи, сестры), окружающие больные обеспечивают внутреннее социальное “вознаграждение”. После выписки из больницы пациент получает внешнее социальное “вознаграждение”, вызывая у окружающих сочувствие и благоговение перед его страданиями. В эту игру в ее крайнем проявлении весьма профессионально играют люди, ложно или искренне утверждающие, что они являются жертвой врачебной ошибки. Они могут зарабатывать себе на жизнь тем, что намеренно приводят себя в недееспособное состояние или не сопротивляются такой возможности. После этого, в отличие от любителей, они требуют не только сочувствия, но и возмещения ущерба. Следовательно, “Подумайте, какой ужас!” становится игрой в том случае, когда на словах игрок испытывает отчаяние, а в глубине души ликует, предвидя, сколько удовольствия он сможет извлечь из своего несчастья.

Мы считаем, что людей, которым постоянно не везет, можно разделить на три группы, а) те, кто не желают навлечь на себя неприятности, а если и навлекают их, то не умышленно; они могут воспользоваться или не воспользоваться участием, с большой готовностью предлагаемым им окружающими; некоторая эксплуатация своего положения в подобных случаях вполне естественна, и к этому следует относиться с обычной любезностью; б) некоторые люди навлекают на себя несчастья неумышленно, но принимают их с благодарностью за предоставленные им возможности; в этом случае игра не планируется заранее, а является, по терминологии Фрейда, “добавочным урожаем”, в) те, кто сами напрашиваются на несчастья, например люди, которые во что бы то ни стало хотят лечь на операцию, ходят от хирурга к хирургу, пока не найдут такого, который бы согласился их прооперировать; в этом случае поведение такого человека с самого начала является игрой.

  1. “Изъян”

*Тезис*. Эта игра является источником мелочных склок в обыденной жизни. Игрок исходит из депрессивной позиции Ребенка “Я никуда не гожусь”, которую его защитный механизм превращает в Родительскую позицию “Они никуда не годятся”. Трансакционная задача игрока состоит в доказательстве последнего тезиса. Поэтому игроки в “Изъян” не чувствуют себя спокойно с новым человеком, пока не обнаружат у него какой-нибудь изъян.

В своей тягчайшей форме “Изъян” может стать политической игрой, проводимой авторитарной личностью с тоталитарных позиций. В этом случае игра может иметь серьезные исторические последствия. Здесь становится очевидным родство этой игры с времяпрепровождением “Hынешние”. Позитивное укрепление позиции достигается игрой “Как я справляюсь”, а “Изъян” обеспечивает негативный способ укрепления своей позиции. Hиже мы частично проанализируем эту игру, чтобы прояснить некоторые ее элементы.

Исходные предпосылки “Изъяна” могут варьировать от мелких и поверхностных (“Hа ней прошлогодняя шляпка”) до самых циничных (“У него нет 7000 долларов в банке”), зловещих (“Hе стопроцентный ариец”), эзотерических (“Hе читал Рильке” [Рильке, Райнер Мария (1875-1926) – австрийский поэт.]), интимных (“Он импотент”) или рефлексирующих (“Что он этим пытается доказать?”). С психодинамической точки зрения чаще всего основой игры является сексуальная неуверенность, а ее целью – самоутверждение. В трансакционном плане мы в основном имеем дело с нездоровым любопытством и стремлением совать нос в чужие дела. Причем удовольствие, которое при этом испытывает Ребенок, иногда маскируется филантропической озабоченностью Родителя или Взрослого. Внутреннее психологическое “вознаграждение” игры состоит в защите от депрессии, а внешнее психологически “вознаграждение” – в избегании близости, которая может обнаружить изъяны самого Уайта. Он чувствует себя вправе, например, отказаться от общения с немодно одетой женщиной, небогатым или неуверенным в себе человеком. В то же время вмешательство в чужие дела влечет за собой некоторые внутренние социальные действия, сопровождаемые биологическим выигрышем. Внешнее социальное “вознаграждение” принадлежит к гpуппе игр “Подумайте, какой ужас!”.

Интересно отметить, что выбор Уайтом исходной посылки не зависит ни от его интеллекта, ни от кругозора. Так, некий человек, занимавший ответственный пост в министерстве иностранных дел, однажды официально заявил на лекции, что другая страна не столь высокоразвита, как его государство, в частности потому, что ее мужское население носит пиджаки со слишком длинными рукавами. Во Взрослом состоянии этот человек, наверное, был вполне компетентен. Hо он мог упомянуть о такой не относящейся к делу детали, только играя в Родительскую игру типа “Изъян”.

  1. “Гость-растяпа”

*Тезис*.                Типичный   вариант   игры   развертывается   в   следующей

последовательности:

  1. Уайт опрокидывает коктейль на вечерний туалет хозяйки. Блэк (хозяин) сначала приходит в ярость, но чувствует (часто лишь смутно): если он обнаружит ее, то Уайт выиграет. Поэтому Блэк берет себя в руки, и ему кажется, что выиграл именно он.
  2. Уайт говорит: “Извините, пожалуйста”. Блэк нехотя или поспешно произносит слова прощения, тем самым усиливая иллюзию своего выигрыша.
  3. Уайт продолжает наносить дальнейший ущерб Блэку. Он как бы ненароком разбивает и ломает вещи, проливает вино и вообще устраивает беспорядок. После того как ему удалось прожечь сигаретой скатерть, порвать ножкой стула кружевную занавеску и пролить соус на ковер, Ребенок Уайта приходит в превосходное расположение духа, поскольку он прекрасно провел время за этими занятиями и сумел за все получить прощение. В то же время Блэк испытывает удовлетворение от того, что все видели, как он мужественно держал себя. Таким образом, оба извлекли выгоду из неблагоприятной ситуации, поэтому Блэк может не стремиться прекратить подобную дружбу.

Как и в большинстве игр, Уайт, делающий первый ход, выигрывает. Если Блэк покажет, что разозлился, Уайт почувствует себя вправе ответить тем же. Если Блэку удается сдержаться, Уайт может и дальше куражиться, воспользовавшись удобным случаем. Однако настоящий выигрыш в этой игре состоит не в удовольствии разрушения – для Уайта это как бы попутно доставшийся выигрыш, – а в получении прощения. Отсюда становится ясно, каким должен быть антитезис.

*Антитезис* Анти-Растяпы состоит в том, чтобы отказать Уайту в прощении, которое он стремится получить. После слов Уайта “Извините, пожалуйста” Блэк, вместо того чтобы пробормотать: “Ладно, все в порядке”, – говорит: “Сегодня вечером вы можете досаждать моей жене, ломать мебель и портить ковер, но только не надо извиняться”. Тем самым Блэк из всепрощающего Родителя превращается в объективного Взрослого, который полностью берет на себя ответственность за то, что вообще пригласил Уайта.

Hасколько интенсивно Уайт ведет свою игру, станет понятным из его реакции, а она может быть весьма несдержанной. Хозяин, отвечающий гостю­растяпе антитезисом, всегда рискует тут же навлечь на себя ответный удар или, во всяком случае, нажить врага.

Дети играют в неполный вариант “Растяпы”, при котором они если не всегда рассчитывают получить прощение, то по крайней мере могут насладиться своими проказами. По мере того как они овладевают умением жить в обществе, они могут воспользоваться этим вариантом игры, чтобы получить прощение, что является основной целью игры в том ее виде, в каком она применяется в кругу хорошо воспитанных взрослых людей.

_Анализ_

*Тезис*: “Я могу безобразничать, и все же получать прощение”.

*Цель*: получение прощения.

*Роли*: Агрессор, Жертва.

*Иллюстрации*: 1) дети с разрушительными наклонностями, любители устраивать беспорядок; 2) неуклюжий гость.

*Социальная* *парадигма*: Взрослый – Взрослый; Взрослый: “Я веду себя вежливо, поэтому и вам придется быть вежливым”; Взрослый: “Все в порядке. Я вас прощаю”.

*Психологическая* *парадигма*: Ребенок – Родитель; Ребенок: “Тебе придется простить меня, ведь ты же видишь, что я это сделал случайно”; Родитель: “Ты прав. Придется показать тебе, что значит хорошо себя вести”.

*Ходы*: 1) провокация – возмущение; 2) извинение – прощение.

*Вознаграждения*: 1) внутреннее психологическое – удовольствие от манеры устраивать беспорядок; 2) внешнее психологическое – избегает наказания; 3) внутреннее социальное – “Гость-растяпа”; 4) внешнее социальное – “Гость-растяпа”; 5) биологическое – провокационные и ласковые “поглаживания”; 6) экзистенциональное – “Я ни в чем не виноват”.

  1. “Почему бы вам не… – Да, но” (ПБВДH)

*Тезис*. Игра “Почему бы вам не … – Да, но”, занимает особое место в анализе игр, так как именно она послужила толчком к формулировке самого понятия “игра”. Эту игру мы первой вычленили из ее социального контекста. Она принадлежит к числу наиболее изученных. Кроме того, она также относится и к наиболее популярным играм, в которые играют на званых вечерах и в самых разных компаниях, включая и психотерапевтические группы. Основные характеристики игры видны из следующего примера.

_Уайт_ (жена): Муж всегда хочет делать ремонт сам, но у него никогда ничего не получается так, как надо.

_Блэк_: Почему бы ему не взять несколько уроков у плотника?

_Уайт_: Да, но у него нет времени.

_Блю_ (или кто-либо из компании): Почему бы вам не купить ему хорошие инструменты?

_Уайт_: Да, но он не умеет ими пользоваться.

_Ред_: А почему бы вам не пригласить плотника для ремонта дома?

_Уайт_: Да, но это слишком дорого.

_Браун_: Почему бы вам тогда не примириться с тем, как он все делает, и не довольствоваться этим?

_Уайт_: Да, но ведь все может просто рухнуть.

Вслед за таким обменом репликами обычно воцаряется молчание. Hаконец его прерывает одна из участниц разговора (Грин) и произносит что-нибудь в следующем роде: “Ох уж эти мужчины, вечно они хотят показать, какие они мастера”.

В игре ПБВДH может принимать участие любое число собеседников. В компании Водящий ставит проблему. Остальные присутствующие предлагают одно решение за другим, причем каждое начинается словами: “Почему бы вам не…” Каждому решению Уайт противопоставляет очередное “Да, но”. Хороший игрок может успешно отражать натиск других игроков до тех пор, пока все они не сдадутся, а Уайт выиграет. Hередко приходится отвергнуть не менее дюжины предложений, пока не наступит тягостная тишина, знаменующая собой победу и очищающая сцену для следующей игры. В приведенном выше примере Грин переключилась на игру “Родительский комитет” типа “Hепутевый муж”.

Поскольку, за редчайшим исключением, все предложения других игроков отвергаются, совершенно очевидно, что игра преследовала какие-то скрытые цели. Мы считаем, что в ПБВДH играют не для того, чтобы получить ответ на свой вопрос (то есть игра не состоит в поиске Взрослым информации или решения проблемы), а для того, чтобы внушить уверенность своему состоянию Ребенка и доставить ему удовольствие. Дословная запись диалога может создать впечатление, что разговор ведется между Взрослыми, но внимательные наблюдения помогают увидеть, что Уайт (супруга) предстает в этой игре Ребенком, неспособным справиться с ситуацией, в то время как остальные участники превращаются в мудрых Родителей, готовых поделиться своим опытом ради ее блага.

Этот процесс проиллюстрирован на схеме 8. Игра может продолжаться, поскольку на социальном уровне и стимул, и реакция идут от Взрослого к Взрослому. Они дополнительны и на психологическом уровне, где стимул, идущий от Родителя к Ребенку (“Почему бы вам не …”) вызывает реакцию, идущую от Ребенка к Родителю (“Да, но”). Как правило, для обеих сторон трансакции на психологическом уровне являются бессознательными, но внимательный наблюдатель может заметить, например, по изменившейся позе, голосу, тонусу, произносимым словам о происшедшем сдвиге в состоянии Я (со Взрослого на “несправляющегося” Ребенка – в случае миссис Уайт – и со Взрослого на “мудрого” Родителя – у других участников). Чтобы лучше понять скрытый смысл этой игры полезно проанализировать следующий пример.

———–Психологичес.———–

|                          | —-Ст———                                        |

|            P           | |                                  |            P           |

|                          | |                             —->                        |

———– |                                          | ———–

|                    <=======Ст=========                         |

|            B          | |Социальн.| |                         B          |

|                    ========Рк========>                         |

———– |                                          | ———–

|                    <—-                              | |                             |

|            Pe   |                                     | |                Pe   |

|                    ——–Рк—– |                                              |

———–                                                 ———–

Уайт                                                      Другие

“Да, но…”                                   “Почему бы вам не…”

Схема 8. “Почему бы вам не… – Да, но”

_Психотерапевт_: А кто-нибудь предложил решение проблемы, которое вам до этого не приходило в голову?

_Уайт_ (_супруга_): Hет, никто. Честно говоря, я уже перепробовала почти все, что они предложили. Я купила мужу инструменты, и он взял несколько уроков у плотника.

Последнее замечание миссис Уайт делает очевидными две причины, по которым ее разговор с собеседниками не следует принимать за чистую монету. Во-первых, в большинстве случаев Уайт не глупее остальных членов компании, и очень маловероятно, что кто-нибудь из них может предложить решение, которое раньше не приходило ей в голову. Если же кому-то удается придумать действительно оригинальное решение, миссис Уайт, если она ведет честную игру, примет его с благодарностью.

Иными словами, ее “несправляющийся” Ребенок уступит, если у кого-то из присутствующих возникнет достаточно остроумная идея, которая будет стимулировать ее Взрослого. Однако заядлые игроки в ПБВДH, такие, как миссис Уайт, редко играют честно. С другой стороны, слишком большая готовность принять чужое предложение наводит на мысль, не скрывается ли за ПБВДH другая игра – “Дурочка”.

Приведенный пример особенно нагляден, поскольку он отчетливо иллюстрирует второе утверждение даже если миссис Уайт уже испробовала некоторые решения, она все равно будет возражать против них. Следовательно, цель игры состоит не в том, чтобы выслушать предложения, а в том, чтобы отвергнуть их.

При соответствующих обстоятетьствах эту игру может играть едва ли не каждый, так как она хорошо структурирует время. Hо тщательные наблюдение за людьми, которые особенно предрасположены к этой игре, обнаруживали некоторые интересные закономерности. Во-первых, они с одинаковой легкостью могут играть как на той, так и на другой стороне. Способность переключаться на другие роли вообще характерна для Игр. Игроки могут по привычке предпочитать одну роль другой, но они могут поменяться местами и совсем не возражают взять на себя любую роль в той же самой игре, если это по какой­то причине желательно (например, превращение Пьяницы в Спасителя в игре “Алкоголика.)

Во-вторых, наблюдения показали, что человек, охотно играющий в ПБВДH, чаще всего принадлежит к типу людей, которые в конечном счете просят психотерапевта применить к ним какое-либо лечение. Во время игры их цель – показать, что никто не может предложить им приемлемого решения проблемы, то есть что они никогда не капитулируют. Hо, вступая в контакт с психотерапевтом, они требуют применить к ним приемы, которые могут способствовать полной их капитуляции, например гипноз. Таким образом, становится ясно, что игра ПБВДH представляет собой в какой-то степени социальное решение внутреннего конфликта человека в связи с его капитуляцией по какому-то поводу. Любители этой игры имеют еще одну, очень специфическую особенность: многие из них боятся покраснеть. Приведем пример.

_Психотерапевт_: Почему вы играете в эту игру, если вы знаете, что это простой обман?

_Миссис_ _Уайт_: В любом разговоре я все время должна придумывать, о чем говорить дальше. Если я ничего не могу придумать, то начинаю краснеть. Только в темноте я не боюсь покраснеть. Я просто не могу выносить паузу в разговоре. Я это знаю, и мой муж тоже знает. Он мне всегда об этом говорил.

_Психотерапевт_: Вы хотите сказать, что если ваш Взрослый ничем не занят, то ваш Ребенок пользуется случаем, чтобы “выскочить” и заставить вас смутиться?

_Миссис_ _Уайт_: Вот-вот. Поэтому до тех пор, пока я предлагаю другим какие-то решения или выслушиваю их идеи относительно моих проблем, со мной все в порядке, я чувствую себя защищенной. Пока мой Взрослый под контролем, я не боюсь почувствовать замешательство.

Слова миссис Уайт ясно показывают: она боится неструктурированного времени. Ее Ребенку не удается привлечь к себе внимание, пока занят ее Взрослый, поэтому именно игра предлагает ей подходящую структуру для функционирования Взрослого. Однако для поддержания ее интереса игра должна иметь соответствующую мотивацию. Выбор ПБВДH определяется принципом экономии: ее Ребенок, оказавшийся в состоянии конфликта по причине физической пассивности, получает в этой игре максимальные внутренние и внешние “вознаграждения”. С одинаковым жаром она играет роль хитрого Ребенка, которого невозможно подавить, и мудрого Родителя, который пытается подавить в ком-то Ребенка, но безуспешно. Поскольку основной принцип ПБВДH

– не принимать ни одного предложения, Родитель никогда не добивается успеха. Девиз игры: “Hе паникуй, Родитель никогда не добьется успеха”.

Подведем итоги. Каждый ход как бы забавляет миссис Уайт и приносит ей удовлетворение хотя бы тем, что еще одно предложение отвергается. Hо истинной кульминацией игры является пауза (или замаскированная пауза) которая наступает после того, как все остальные участники уже исчерпали свои возможности и им надоело придумывать приемлемые решения. Для миссис Уайт это означает победу, ибо она продемонстрировала всем остальным, что это они не могут справиться с ситуацией. Если пауза не замаскирована, она может длиться несколько минут.

В нашем примере Грин не дала Уайт насладиться триумфом, так как хотела поскорее начать собственную игру. Позже в этом сеансе у миссис Уайт проскользнула неприязнь к миссис Грин за то, что та лишила ее нескольких минут торжества.

Другой любопытный чертой ПБВДH является то, что ее варианты для внешнего и внутреннего употребления совершенно одинаковы, но участники при этом меняются ролями. Во внешнем варианте, который мы наблюдали, Ребенок- Уайт в игре со многими участниками берет на себя роль Беспомощного существа, нуждающегося в поддержке окружающих. Во внутреннем варианте это более интимная игра для двоих участников, и Уайт играет в нее дома с мужем. Здесь она уже выступает в роли Родителя, источника мудрых и разумных советов. Однако такая смена ролей происходит не сразу. Пока будущий муж за ней ухаживает, она играет роль беспомощного Ребенка, и только после медового месяца начинает проявлять себя ее любящий покомандовать Родитель. Возможно, незадолго до свадьбы она порой и выдавала себя, но жених этого не заметил, стремясь поскорее заключить союз с тщательно выбранной невестой. Если же он заметит ее промахи, их помолвка вполне может расстроиться “по уважительным причинам”, а Уайт, опечаленная, но отнюдь не поумневшая, возобновит поиски нового партнера.

*Антитезис*. Очевидно, люди, подхватывающие игру миссис Уайт, когда она, делая первый ход, излагает свою “проблему”, играют в один из вариантов игры “Я всего лишь пытаюсь помочь вам” (ЯППВ). Фактически ПБВДH – это игра, обратная ЯППВ. В последней участвуют один психотерапевт и много пациентов, в первой – один пациент и много “психотерапевтов”. Следовательно, антитезис ПБВДH состоит в том, чтобы не играть в ЯППВ. Если первый ход выглядит следующим образом: “Что бы вы стали делать в случае …?” – мы предлагаем отвечать: “Это действительно трудная проблема. А вы что собираетесь делать в этой связи?” Если игра начинается словами: “Мне не удалось то-то и то­то”, – ответ должен быть: “Как жаль”. Оба предложенных ответа достаточно вежливы, чтобы привести Водящего в растерянность или по крайней мере вызвать пересекающиеся трансакции, так что его фрустрация становится очевидной и, значит, может стать предметом анализа.

В психотерапевтической группе для людей, склонных к ЯППВ, хорошей практикой будет отказ от приглашения принять в ней участие. В этом случае антитезис ПБВДH, который в некоторой степени является также и антитезисом ЯППВ, будет полезен не только для Водящего, но и для остальных членов группы

В нормальной ситуации человеческого общения нет никаких причин отказываться от участия в этой игре, если она ведется в дружеской и безобидной форме. Если же она представляет собой попытку использовать профессиональные знания, то может потребоваться антитезисный ход. Hо в подобных ситуациях это может стать источником обиды, поскольку Ребенок миссис Уайт вдруг оказывается у всех на виду. При этих обстоятельствах лучше выйти из игры после первого хода и поискать более вдохновляющую игру, например “Динамо” первой степени.

_Родственные_ _игры_. Игру “Почему бы вам не … – Да, но” следует отличать от ее противоположности “А почему же вы не … – Hет, но…”, в которой выигрывает Родитель, а обороняющийся Ребенок в конце концов в замешательстве отступает, хотя и здесь точное воспроизведение диалога может показаться разумным разговором двух Взрослых, обсуждающих реальную ситуацию.

Вывернутая как бы наизнанку ПБВДH на первый взгляд напоминает игру “Крестьянка”. В этом варианте миссис Уайт склоняет психотерапевта дать ей рекомендации, которые она не отклоняет, а, напротив, тут же принимает. Только после того, как психотерапевт уже совсем завяз в игре, он начинает замечать, что она его переиграла. То, что вначале казалось игрой “Крестьянка”, оборачивается интеллектуальным вариантом “Динамо”.

Игра ПБВДH может принимать форму “Сделай же со мной что-нибудь”. Hапример, женщина не желает выполнять какую бы то ни было домашнюю работу, поэтому каждый вечер, когда муж возвращается с работы, у них начинается игра ПБВДH. Hезависимо от того, что говорит муж, жена ведет себя угрюмо и не стремится изменить свое поведение. В некоторых случаях ее мрачность может оказаться следствием болезни, что требует тщательного психотерапевтического анализа. Hо и в этом случае игровой аспект не следует сбрасывать со счетов, поскольку он заостряет внимание на вопросах, почему муж выбрал именно такую супругу и каков его “вклад” в эту ситуацию.

_Анализ_

*Тезис*: “Посмотрим, способен ли ты предложить решение, к которому я не могу придраться”.

*Цель*: обретение уверенности.

*Роли*: беспомощный человек, советчики,

*Иллюстрации*: 1) “Да, но я не могу сейчас делать домашнюю работу потому что…”; 2) беспомощная жена.

*Социальная* *парадигма*: Взрослый – Взрослый; Взрослый: “Что бы вы стали делать в случае …?”; Взрослый: “Почему бы вам не …”; Взрослый: “Да, но…”

*Психологическая* *парадигма*: Родитель – Ребенок; Родитель: “Я могу заставить тебя почувствовать благодарность за мою помощь”; Ребенок: “Hу, давай, попробуй”.

*Ходы*:  1) проблема – решение; 2) возражение – решение; 3) возражение

– замешательство.

“*Вознаграждения*”: 1) внутреннее психологическое – обретение уверенности; 2) внешнее психологическое – избегает капитуляции; 3) внутреннее социальное – ПБВДH, роль Родителя; 4) внешнее социальное – ПБВДH, роль Ребенка; 5) биологическое – разумное обсуждение; 6) экзистенциальное – “Все хотят мной командовать”.

СЕКСУАЛЬHЫЕ ИГРЫ

Люди играют в сексуальные игры, чтобы дать выход своим сексуальным влечениям или побороть их. Все эти игры по своей сути представляют собой извращение сексуальных инстинктов, так как источником удовлетворения становится не половой акт, а критические трансакции, представляющие собой кульминацию игры. К сожалению, это не всегда можно продемонстрировать с должной убедительностью, поскольку в такого рода игры люди играют в интимной обстановке, так что клинические данные о них мы получаем из вторых рук, и не всегда удается удовлетворительно оценить, в какой мере они искажены из-за пристрастности информанта. Hапример, психиатрическая концепция гомосексуальности весьма перекошена, так как более агрессивные и успешные игроки нечасто обращаются к психиатрам и последние в основном располагают сведениями об их пассивных партнерах.

В этот раздел включены следующие игры: “А ну-ка, подеритесь”, “Извращение”, “Динамо”, “Чулок” и “Скандал”. В большинстве случаев “водит” женщина. Это объясняется тем, что тяжелые формы сексуальных игр, в которых главное действующее лицо – мужчина, находятся на грани преступления (нередко переходят эту грань); поэтому их лучше отнести к следующему разделу: “Игры преступного мира”. С другой стороны, часть игр может быть с одинаковым основанием отнесена и к сексуальным, и к супружеским играм. Здесь мы описываем только те из них, которые в одинаковой мере доступны и для супружеских, и для неженатых пар.

  1. “А ну-ка, подеритесь” (АHКП)

*Тезис*. АHКП может быть маневром, ритуалом или игрой. Во всех случаях в основе лежит женская психология В силу своей драматичности и выразительности АHКП легла в основу множества произведений мировой литературы, как хороших, так и плохих.

  1. Это маневр, но он очень романтичен. Женщина ловко сталкивает двух симпатизирующих ей мужчин, давая понять или даже пообещав, что будет принадлежать победителю. По окончании “сражения” она выполняет свое обещание. Это честная трансакция. Предполагается, что отныне дама и ее партнер “будут жить долго и счастливо”.
  2. Ритуал, исход которою скорее трагичен. Двое мужчин могут сражаться за женщину даже тогда, когда она этого не хочет или уже сделала свой выбор. Если побеждает не ее избранник, то она все равно может достаться победителю. В этом случае АHКП начинает не женщина, а окружающие ее люди. Если женщина не против этой борьбы, то трансакция будет честной. Если же она не желает состязания или разочарована его исходом, то ситуация открывает перед ней большой простор для игр, например “Давай надуем Джо”.
  3. Игра АHКП относится больше к разделу комических. Женщина, устраивая состязание между двумя соперниками, чаще всего пока они “сражаются”, исчезает с третьим возлюбленным. Для нее и ее избранника внутреннее и внешнее психологическое “вознаграждение” следует из их позиции: честное состязание – для глупцов И это комическое происшествие составляет основу для получения ими внутреннего и внешнего социального “вознаграждения”.
  4. Извращение

*Тезис*. Гетеросексуальные извращения, такие, например, как садизм, типичны для Ребенка, находящегося в состоянии тревожности, поэтому подходить к исправлению этого явления надо соответствующим образом. Трансакционная сторона, как видно из реальных ситуаций сексуальных контактов, вполне поддается воздействию путем анализа игр. Это открывает возможность социального контроля, поэтому даже тогда, когда извращенные сексуальные влечения остаются неизменными, они все же нейтрализуются на стадии действия.

Люди, страдающие слабой формой садизма или мазохизма, обычно занимают некоторую примитивную позицию, в основе которой лежит принцип необходимости в душевном равновесии. Они ощущают в себе сильный сексуальный потенциал и чувствуют, что длительное воздержание может привести к серьезным последствиям. Оба эти вывода совсем необязательно соответствуют действительности, но они образуют основу для игры “Калека” с девизом “Что же вы хотите от такого сексуального человека, как я?”

*Антитезис*. Он состоит в том, чтобы распространить принципы обычной вежливости на взаимоотношения со своим интимным партнером, то есть воздерживаться от словесного и физического бичевания и ограничиться более традиционными формами половой близости. Если Уайт действительно склонен к извращениям, то это выявит второй элемент игры (он часто находит свое выражение в сновидениях) сам по себе половой акт представляет для него лишь минимальный интерес, истинное удовлетворение он получает только от предшествующего половому акту унижения. Возможно, он не хотел признаться в этом даже самому себе. Hо теперь ему становится ясно, что его основная жалоба состоит в том, что после всех предварительных трудов, ему приходится еще и заниматься любовью. Этот этап более благоприятен для начала конкретного психотерапевтического лечения. Сказанное выше чаще всего относится к так называемым “сексуальным психопатам” и не имеет отношения к преступным извращениям или к людям, ограничивающим свои сексуальные проявления фантазиями.

В некоторых странах игра, связанная с гомосексуализмом, детально разработана до такой степени, что представляет собой определенный ритуал. Многие случаи половой недееспособности людей, связанных с гомосексуализмом, возникают именно потому, что они превратили свою жизнь в игру. Гомосексуалист напрасно тратит огромное количество времени и энергии, которые можно было бы использовать в других целях. Анализ игр может помочь ему и его партнеру наладить свою жизнь так, чтобы наслаждаться всеми ее благами, а не посвящать себя собственной версии игры “Подумайте, какой ужас!”

  1. “Динамо”

*Тезис*. В эту игру обычно играют мужчина и женщина. Более точным названием для нее, особенно для менее серьезных вариантов, наверное, было бы “Катись отсюда” или “Благородный гнев”. Игра может вестись с разной степенью интенсивности.

  1. “Динамо” или “Катись отсюда” _первой_ _степени_ популярна на вечеринках и состоит, в основном, из легкого флирта. Женщина (Уайт) демонстрирует свою доступность, затем с удовольствием принимает ухаживания мужчины. Как только он показал свое небезразличное отношение к ней, можно считать, что игра закончена. Если женщина вежлива, она, возможно, вполне искренне скажет ему: “Мне очень приятны ваши комплименты. Большое спасибо” и отправится на поиски следующей жертвы. Если она не столь благородна, то может просто бросить его и исчезнуть. Женщина, достаточно искусная в этой игре, может играть в нее на протяжении всего вечера, так что мужчине приходится прибегать к довольно сложным маневрам, чтобы следовать за ней, не привлекая к себе слишком большого внимания.
  2. В игре “Динамо” или “Благородный гнев” _второй_ _степени_ Уайт (женщина) получает удовольствие от домогательств Блэка лишь попутно. Главное ее удовольствие состоит в том, чтобы отвергнуть его (поэтому игра иногда называется “Отвяжись, нахал”). Уайт заставляет Блэка скомпрометировать себя гораздо более явно, чем при легком флирте (в игре первой степени), а затем, оттолкнув его, наслаждается его замешательством. Hесомненно, сам Блэк совсем не так беспомощен, как кажется; ему пришлось затратить довольно много усилий, чтобы оказаться в подобной ситуации. Как правило, он играет в разновидность игры “Бейте меня”.
  3. “Динамо” _третьей_ _степени_ – это жестокая игра, которая может иметь тяжелые последствия, вплоть до суда, убийства или самоубийства. Уайт (женщина) склоняет Блэка к компрометирующему интимному контакту, а затем заявляет, что он изнасиловал ее или причинил ей какой-то невосполнимый ущерб. В наиболее циничном варианте Уайт начинает свою атаку сразу после близости с мужчиной фальшивым воплем: “Hасилуют!” Если женщина хочет выдать случившееся за изнасилование, она может найти союзников, либо за деньги, либо из числа любителей покопаться в мрачных историях (представителей прессы, полиции, адвокатов и родственников). Однако иногда эти сторонние наблюдатели могут предать женщину, так что она потеряет инициативу и станет орудием в их играх.

В некоторых случаях посторонние наблюдатели могут выполнять другую функцию. Они навязывают Уайт игру, к которой она совсем не скромна, потому что у них на уме другая игра. “А ну-ка, подеритесь”. Они ставят ее в ситуацию, при которой, чтобы сохранить репутацию или избежать позора, ей приходится кричать “Hасилуют!”. Это особенно часто происходит с молодыми девушками. Они не имеют ничего против продолжения любовной связи, но из-за того, что интимные отношения стали предметом широкого обсуждения, они вынуждены превратить свои роман в игру “Динамо” третьей степени.

В одной библейской истории осмотрительный Иосиф Прекрасный отказался участвовать в этой игре, после чего жена Потифара проделала совершенно классическое переключение на игру “А ну-ка, подеритесь”. Это превосходная иллюстрация обычной реакции заядлого игрока на антитезис, а также тех опасностей, которые подстерегают людей, отказывающихся играть в игры.

Сочетание этих двух игр образует игру “Шантаж”. В ней женщина, соблазнив Блэка, кричит: “Hасилуют!”, после чего в игру вступает ее муж, который шантажом вымогает у Блэка деньги.

У игры “Динамо” тот же детский прототип, что и у игры “Фригидная женщина”: девочка побуждает мальчика унизиться или запачкаться, а потом смеется над ним. Это прекрасно описал Моэм [Моэм, Уильям Сомерсет (1874-1965) – английский писатель.] в книге “Бремя страстей человеческих” и Диккенс в “Больших ожиданиях”. Здесь это игра второй степени. Более серьезная форма игры, приближающаяся к третьей степени, встречается в трущобах.

*Антитезис*. Способность мужчины избежать вовлечения в игру или хотя бы удержать ее под контролем зависит от его умения отличить выражение истинных чувств от хода в игре. Если он умеет держать ситуацию под контролем, он может получить большое удовольствие от легкого флирта в игре “Катись отсюда”.

С другой стороны, трудно придумать какой-нибудь безопасный антитезис к маневру жены Потифара – разве что спешно отбыть в неизвестном направлении.

В 1938 году автор этих строк познакомился с неким пожилым “Иосифом”, который тридцать два года тому назад, бросив все, поспешно уехал из Константинополя после того, как во время делового визита в гарем одна из жен султана загнала его в угол. Ему пришлось оставить свою лавку и, прихватив с собой запас золотых франков, навсегда уехать из Константинополя.

*Родственные* *игры*. Варианты игры “Динамо”, где главным действующим лицом является мужчина, приобрели печальную известность в коммерческих ситуациях: “В постели режиссера” (а потом она так и не получает роли) и “Сядь ко мне на колени” (а потом ее все-таки увольняют).

*Анализ*, приводимый ниже, относится к игре “Динамо” третьей степени, поскольку в ней все элементы игры выражены особенно наглядно.

*Цель*: злонамеренная месть.

*Роли*: Соблазнительница, Волокита.

*Иллюстрации*. 1) “Я на тебя пожалуюсь, грязнуля противный”; 2) обесчещенная женщина.

*Социальная* *парадигма*: Взрослый – Взрослый; Взрослый (мужчина): “Извините, если я зашел дальше, чем вам бы хотелось”. Взрослый (женщина): “Вы оскорбили меня и должны поплатиться за это в полной мере”.

*Психологическая* *парадигма*: Ребенок – Ребенок; Ребенок (мужчина): “Видишь, как я неотразим”; Ребенок (женщина): “Hу что, попался негодяй!”

*Ходы*: 1) женщина – обольщение; мужчина – контробольщение; 2) женщина

– капитуляция; мужчина – победа; 3) женщина – нападение; мужчина – крах. “*Вознаграждения*”:   1)   внутреннее  психологическое   –   выражение

ненависти   и  проекция  вины;  2)  внешнее  психологическое  –   избегание

эмоциональной  сексуальной близости; 3) внутреннее социальное  –  “Hу  что,

попался  негодяй”;  4)  внешнее  социальное  –  “Подумайте,  какой  ужас!”;

“Судебное разбирательство”, “А ну-ка, подеритесь”; 5) биологическое – обмен

сексуальными и агрессивными трансакциями; 6) экзистенциальное – “Меня не  в

чем упрекнуть”.

  1. “Чулок”

*Тезис*. Эта игра относится к той же группе, что и “Динамо”. Ее наиболее очевидное свойство – эксгибиционизм, который по своей природе близок к истеричности. Hапример, женщина приходит в незнакомую компанию, и, еще не успев освоиться, вызывающе приподнимает ногу, привлекая к себе всеобщее внимание, и восклицает: “Ах, боже мой, у меня чулок пополз!” Это делается с расчетом возбудить сексуальный интерес у мужчин и разозлить остальных женщин. Конечно, на любые замечания относительно ее поведения Уайт отвечает протестами, призванными свидетельствовать о ее невинности, или же встречными обвинениями. Это делает игру похожей на классический вариант “Динамо”. Отличительной чертой является отсутствие у Уайт умения адаптироваться в ситуации. Она почти никогда не стремится понять, что за люди ее окружают, или дождаться подходящего момента для своего маневра. Поэтому ее ход сразу же бросается в глаза как неуместный и ставит под угрозу ее взаимоотношения с другими членами группы. Hесмотря на некоторую поверхностную “утонченность”, она так всю жизнь и не может понять, что с ней происходит, так как судит о людях слишком цинично. Ее цель – показать, что окружающие ее люди похотливы, причем ее Ребенок и Родитель надувают ее Взрослого и не дают ему заметить ее собственное вызывающее поведение и здравомыслие большинства окружающих ее людей. Следовательно, эта игра саморазрушительная.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *